Террорист

Рассказ

 После напряженного трудового дня Гарик возвращался поздним вечером домой на метро. Он налегке поднимался по ступенькам на конечной станции к вращающимся дверям на выход, как вдруг стук отбойного молотка в переходе — сигнал очередной реконструкции метрополитена — ударил по ушам и вернул его увядающее к ночи сознание: за плечами пусто…

- Ой, я рюкзак забыл в вагоне! — Гарик резко развернулся, и грустно посмотрел на разукрашенный отправляющийся юбилейный состав со сквозными вагонами. — Не успел….

Гарик стал соображать, как лучше справиться с ситуацией.  Ходить и спрашивать по камерам хранения метро, не находил ли кто? Время жалко терять. Забыть о нем? Обидно, удобная вещь. Вот если рюкзак прокатится в депо и вернется обратно, его можно перехватить на этой же станции. Главное вспомнить, в каком он остался вагоне.

Гарик шел вдоль перрона, и аккуратно считал расстояние от предпоследнего вагона в обратном направлении.

- Теперь этот вагон будет вторым, – нашептывал он. — Важно, чтобы в тупик мой состав не загнали.

Эта мысль его расстроила, но ненадолго. Случайности — знаки судьбы. Впереди, в предполагаемом месте его встречи с нужным вагоном Гарик увидел группу из нескольких женщин-сотрудников метрополитена и полицейских. Один из них, крепкий, невысокого роста прапорщик приподнял черный рюкзак и приготовился его открыть. Окружающие внимательно наблюдали за действиями коллеги, и с опаской стояли чуть поодаль.

Гарик ускорил шаг, двигаясь им навстречу, и радостная улыбка от такой удачи — вот он, родной рюкзачок! — растянулась от уха до уха, как у веселого смайлика.

Одна из сотрудниц метро полная женщина предпенсионного возраста увидела в очках широко шагающего пассажира, и повернулась к полицейским:

- Похоже, к нам идет хозяин рюкзака!

- Да, это моя вещь! — Гарик протянул руку к своей потере. — Добрый вечер! Спасибо, что не отправили в депо…

- Вот кто раскрашивает вагоны и стены нашего метрополитена!!! — неожиданно накинулась на него другая сотрудница с жесткими глазами школьной учительницы химии. Своей худобой и манерами она напоминала Марию Львовну в школе Гарика, которая ходила между партами и больно била деревянной линейкой по пальцам тех, кто проказничал. Все звали химичку эсэсовкой, а Гарик называл гестаповкой.

Сегодня, «гестаповка» из метро держала в одной руке не линейку, а швабру, а в другой — толстый маркер немецкой фирмы «edding». Похоже, она вынула любимый маркер Гарика из бокового кармана его рюкзака.- Ездют тут, малюют, а нам затирать!

- Да я — художник-портретист! Людей рисую на улице, я — не маляр…, — попытался возмутиться Гарик.

На помощь женщине, похожей на учительницу химии, встал полицейский в звании младшего сержанта:

- Еще надо разобраться, настоящий ли он хозяин! — обратился он ко всем, хотя смотрел прямо на Гарика. — Сейчас пойдем в отделение, проверим документы, а пока вызовем саперов и осмотрим рюкзак! Может это исламист какой! Или террорист! Сами знаете, какие случаи бывают в последние годы. Нас с утра инструктировали о возможном появлении подозрительных людей, с рюкзаками и взрывчаткой!

Перспектива оказаться в кутузке линейного отделения полиции метрополитена совсем не радовала. Гарик сник и примолк. Спорить с представителями власти — себе дороже. Это он знал на своем опыте. Люди в погонах не раз просили уйти с улицы, где он рисовал, гнали из подземного перехода, в котором хорошо работалось под дождем, из ботанического сада и городского парка. Милиция, в свое время, требовала от него мзду за «осуществление  предпринимательской деятельности без разрешения». Даже учили однажды, как незаметно передавать купюру-взятку из рук в руки представителю власти. Споры и пререкания с полицией — сродни самоубийству, это он давно понял. В голове вязкой темной тучей пришло осознание неминуемых походов по разным инстанциям, обязательным звонкам родне и ожиданию подтверждения: кто он и почему рисует на улице. Сразу захотелось отречься от любимого рюкзака и убежать домой. Черт с ним, с рюкзаком. Пусть останется под землей на память. Вроде бы не велика потеря — старый найковский  рюкзак, уже не жалко.

Гарик потянулся за паспортом в карман, открыл было рот с желанием отречься, как неожиданно вмешался невысокий прапорщик полиции.

- Вы утверждаете, что хозяин рюкзака именно вы. А что там внутри? — Он приподнял рюкзак и смело встряхнул его содержимое. Легкий рюкзак не вызвал у него сильных сомнений, но, похоже, покуражиться хотелось. Власть — штука коварная. Когда ее ощущаешь вплотную, ведешь себя соответственно. Только хорошее воспитание, чувство собственного достоинства и доброе отношение к окружающим людям могут остановить демонстрацию силы погон и высокой должности над соседом, мигрантом или рядовым прохожим.

- Да ничего особенного, — затараторил Гарик. — Фляга с коньяком дагестанским, книжка Жени Маркера, маленькая обувная щетка, несколько фломастеров и линеров, салфетки влажные, пачка сигарет, коробочка с лекарствами…

Пока он говорил, прапорщик заглядывал в карманы и шуршал молниями, кивая головой в ответ на информацию о содержимом, которое вспоминал Гарик.

- Да, еще там есть семечки! Нераспечатанные! Подсолнечные. Угощайтесь…- предложил он окружающим, но те уже поняли, что криминала здесь нет. Угрюмые сотрудники метро и полиции потянулись к своим рабочим местам. – Я не террорист!

- Вы свободны! — спокойно сказал прапорщик и протянул повеселевшему Гарику рюкзак. — Будьте впредь внимательны. Больше ничего не забывайте в вагонах метро, гражданин.

Счастливый художник закинул за спину лямки, и быстро-быстро, не оглядываясь, засеменил на выход…