Структура сексуальной культуры (из книги «Социогенез сексуальности»)

Онтогенез сексуальностиВ научном и информационном пространстве ХХI века реализуются самые разнообразные идеи и возможности, апеллирующие к многообразному миру человеческой активности. В силу привлекательности её познания пред­ставители некоторых наук пытаются исследовать различные аспекты этой ак­тивности в ряде областей знаний, среди которых находится и сексология. К числу явлений, которые изучает эта условно выделенная дисциплина, социо­логами, культурологами, философами, психологами, историками и педаго­гами активно обсуждается так называемая “сексуальная культура”. Изучение этого феномена видится в разрешении широкого комплекса теоретических проблем, определяющих различные аспекты жизни человека и общества. Одни из них детально изу­чены,  вторые являются предметом острых  дискуссий, третьи остаются пока “белыми пятнами”.

Понятие «культура» родилось в Древнем Риме и в отличие от понятия «натура», т.е. природа, оно охватывает всю совокупность материальных и духовных ценностей, созданных человечеством.  Все многообразие общественных отношений в сексе определяется  одним ёмким термином — сексуальная культура. Обыватель обычно понимает под сексуальной культурой некоторый набор знаний и  преобладание социально одобряемых поступков в сексуальном поведении человека. Специалисты подразумевают  под сексуальной культурой ту часть общей культуры, которая отличает сексуальные отношения в обществе от сексуального поведения в животном мире. Стандарты сексуальной культуры отражаются в таких сферах,  как творчество, просвещение, воспитание, СМИ, политика и религия.

Сексуальная культура существует в трех ипостасях, как свойственная обществу в целом, так и отдельным социальным группам или индивидуумам. Тем не менее сексуальная культура на всех уровнях   регламентирует сексуальные отношения в обществе с помощью запретов, предписаний и поощрений. С таких позиций выделяется несколько типов сексуальной культуры: «апполоновский», свойственный древним римлянам, который культивирует гармонию между душой и телом, воспевая естественную радость бытия. Этот тип культуры отличается легкостью отношений, умением радоваться сексу, отсутствием религиозных комплексов, стремлением к гармонии отношений. Другой тип — «либеральные» культуры — основаны на нормах  и обычаях, в которой отражается терпимое отношение к сексуальным связям.

Третий тип — «оргиастические» культуры одобрительно принимают все формы сексуальной активности как своеобразную игру, источник радости и удовольствий. В «оргиастических» культурах сексуальные ритуалы имеет очень большое значение. Ритуал определяется  как динамичное коммуникативное образование, которое возникает на базе определенного социально значимого действия,  подвергшегося символическому переосмыслению – ритуализации. В  работах Ж. Бодрийяра,  посвященных соблазну, ритуальность выступает как высшая форма  социальности, которая рассматривается как «… недавно сложившаяся и малособлазнительная форма организации и обмена, которую люди изобрели в своей собственной среде. Ритуальность гораздо более емкая система, охватывающая живых и мертвых, и животных, не исключающая из себя даже «природу», где разного рода периодические процессы и катастрофы как бы спонтанно выполняют роль ритуальных знаков. Социальность в сравнении с этим выглядит довольно-таки убого…. Ритуальности же удается поддерживать определенную форму циклической организации и универсального обмена, которая явно недосягаема для Закона и социального вообще».

Так называемые «мистические» культуры в основном практикуют сексуальное поведение, диктуемое религиозно-философскими школами, к которым относят даосизм, тантризм и другие, преимущественно восточно-ориентированные типы культур. «Репрессивный» тип сексуальной культуры в своей основе имеет подавление любых публичных сексуальных побуждений, и даже возможности обсуждения этих вопросов. И, наконец, «пуританская» культура, выступает против всех удовольствий, в том числе и сексуальных — это культура воздержания, аскетизма, которая характеризует закрытые религиозные сообщества.

Образно говоря, сексуальная культура проникает во все сферы духовной культуры общества и регулирует язык общения, традиции и обычаи, мораль и нравственность, включая религиозные нормы, искусство, политику, образование, систему законодательной и исполнительной практики государства. В любой сексуальной культуре одновременно сосуществует две тенденции: одна из них к развитию, совершенству, возвышению, облагораживанию сексуальных инстинктов и вторая, выступающая как антикультура. Она может казаться  асоциальной по форме, как например сфера платных сексуальных услуг или идея легализации однополых браков, но она дополняет и оттеняет основные культурные тенденции, обслуживает запросы определенных социальных кругов. Даже если  антикультура девальвирует ценности и  переводит их из сферы духовной в сферу материального потребления, она выполняет важные «санитарные» функции, позволяя сохранить вечные ценности, составляющие смысл человеческого существования. Ведь сама культура возникает там, где существует запреты (законы, принципы, правила), она особенно разнообразна в формах брака, деторождении и воспитании потомства, так как связана с распределением ресурсов общества и выживанием рода.

По мере развития общества  происходит своеобразное смешение различных культурных стереотипов сексуальности и сужение сферы запретного. Высокий и низкий уровень сексуальной культуры на бытовом уровне сегодня различаются тем, как работает весь комплекс общения между партнерами, другими словами, тем, что может позволить себе данная пара в данных условиях. Мерилом этого уровня сегодня выступают не столько фасадная пристойность, сколько искренность и глубина интимных отношений, и их ориентация на интересы партнера. Все это весьма наглядно отражается в основных тенденциях современности.

Представления о культуре половых отношений противоречивы и далеко не универсальны. Не случайно многие политики понимают под ней исключительно  «ис­кусство любви», другие акцентируют внимание на негативных проявлениях сексуальности, третьи облачаются в тогу блюстителей нравственности и подменяют предмет дискуссий призывами к возрождению народных крестьянских традиций. В современной сексологии исследование понятия сексуальной культуры крайне бедно. В последнее время в нашей стране за исключением работ В.М. Розина, И.С. Кона, В.В.Кришталя и Л.М.Щеглова практически отсутствуют специальные исследования этой темы, а зарубежные авторы рассматривают её с несколько иных позиций. О сексуальной культуре писали Э. Берн и Э. Фукс, З. Фрейд и И. Блох, А. Форель и В. Соловьев, К. Имелинский и З. Лев-Старович.

В многообразии подходов к изучению сексуальности от рели­гиозно-мистического до научного появилось несколько определений сек­суальной культуры в зависимости от  преследуемой авторами в своих рассуждениях цели. Сегодня нередко под сексуальной культурой, половой жизнью, культурой секса и эротической культурой часто понимается одно и то же явление. Много разночтений в дефинициях культуры секса и половой культуры, а сексуальная активность, сексуальное поведение, половая жизнь и  сексуаль­ность в целом зачастую заменяются ёмким словом “секс”. При этом сами формулировки по­нятий пестрят не только разнообразием трактовок, но и отсутствием общеприня­тых определений. И.С. Кон, на­пример, в связи с этим выделяет двуединую задачу: с одной стороны, понять, как общественные отношения и культура формируют и видоизменяют взаи­моотношения полов, а с другой — выяснить, как сексуальность и конкретные её формы проявления влияют на развитие общественных отношений и куль­туры. Он говорит о сексуальной культуре как об “очеловеченном” половом инстинкте, при котором происходит определенное подчинение сексуального поведения социальным нормам.

К. Имелинский рассматривает сексуальную культуру в достаточно узком понимании — как совокупность знаний, навыков и умений, касающихся “со­вершения самого полового акта и всего комплекса общения с партнером для того, чтобы и ему и себе обеспечить максимальное сексуальное удовлетворе­ние”.

В.Е.Каган под тем же самым понятием понимает систему стандартов и норм, регулирующую психосексуальное поведение людей.

А. Сосновский, описывая развитие эротической любви и сексуальных отношений, определяет различные культурные эпохи со своими моральными приоритетами.

Сексуальная культура более всего отражает филогенез сексуальности. Этот феномен охваты­вает не только прошлое и настоящее, выступая “очеловеченным” половым инстинктом, комплексом общения между партнерами, системой стандартов и норм, но и простирается  в будущее. Он конкретизирует отношение людей к вопросам любви и пола, принятые в соответствующем обществе: от религи­озных или мистических аспектов в исследовании сексуальности до анализа в естественноисторическом ключе, на основе достоверно установленных фак­тов, а не только с точки зрения религии и морали.

Ведущей методологической проблемой любого научного анализа является определение понятий, раскрытие сущности и структуры тех явлений, которые эти понятия отражают. Определение понятия сексуальной культуры осложняется, во-первых, тем, что как в отечественной, так и в за­рубежной литературе практически не делалось попыток его сколько-нибудь глубокого методологического анализа. Во-вторых, тем, что это — составное понятие, каждая из сторон которого требует рассмотрения. Это понятия половой и сек­суальной жизни, половой морали и полового поведения, полового симво­лизма, половой культуры, культуры секса, искусства любви и другие.

Наиболее предпочтительным видится подход к понятию “сексуальная культура”, который предполагает трактовать её как часть общей культуры, акцентированной на сексуальной активности человека. Поэтому в изучении данного феномена необходимо рассмотреть составляющие его части: “сексу­альное” и “культура”.

Наиболее часто слово “секс” 1) обозначает биологические аспекты пола, свя­занные с размножением; 2) служит для обозначения сексуальности как всей совокупности человеческих чувств, установок и действий, связанных или ас­социирующихся с половыми отношениями; 3) используется для обозначения мужской или женской особи как биологического вида; 4) обозначает дейст­вия, связанные с половыми отношениями, или индивидуальные свойства личности и ее способность к реакции на эротическое воздействие.

В советский период сложилось негативное отношение к словам “сексу­альный” и “секс”, употребление которых связывалось исключительно с бур­жуазной действительностью. Поэтому слово “секс” заменяли на более благозвучное — “пол”, так как считалось, что “чужое” слово секс больше свойст­венно капитализму в отличие от “своего” — пол, применение которого в со­ветской педагогике и в быту не вызывало возбуждающих ассоциаций. Естественно, что при таком подходе появилось идеологическое разночтение дефиниций “поло­вое” и “сексуальное”. В результате буржуазное общество якобы осуществ­ляло сексуальное воспитание, нивелирующее нравственные ценности, а социалистическое – половое, укрепляющее нравственное начало в человеке будущего. А на бытовом уровне обычно нет сомнений в отношении того, что следует понимать под термином “сексуальный”.

На самом деле семантика этого понятия носит более сложный характер. Во-первых, по мнению И. Андреева, оно изначально означало дуальность, раздвоение, сокращенную форму понятия «половина», содержало в себе не только силу, разделяющую целое пополам, но и силу взаимного при­тяжения, слияния. От половин, соединенных в одно целое в браке,  идет само понятие «пол». “Мужчина и женщина — разные элементы, и брак есть не просто двуединство, а нечто новое, подобно тому, как  водород и кислород дают воду».  Это, по сути, православно-русское понимание пола как элемента брака, отражает лишь один аспект  употребления этого термина среди многих других.

Во-вторых, понятие пол выражает идею разделённости единого высшего начала на мужское и женское. По мнению Ю. Эвола, существует, по меньшей мере, три уровня проявления пола: телесный, душевный, духовный.

В-третьих, в медико-био­логических публикациях под термином “пол” понимают совокупность генети­ческих, морфологических и физиологических особенностей, обеспечиваю­щих половое размножение организмов (или, в широком смысле, комплекс репродуктивных, соматических и социальных характеристик, определяющих индивида как мужской или женский организм).

В-четвертых, обилие переводной литературы (преимущественно англо-американской), где английское слово “sexual” иначе как “половой” не пере­водится, привело к тому, что термины “половой” и “сексуальный” не всегда верно ассоции­руются как синонимы.

При всём этом среди специалистов чаще всего сексом называют совокупность телесных, психологических и социальных процессов и отношений, в основе которых лежит и посредством которых удовлетворяется половое влечение (либидо). А под сексуальностью понимается характеристика сексуального влечения, сек­суальных реакций, сексуальной активности. Таким образом, эти понятия соотносятся между собой как процесс и результат в виде совокупности неких свойств, задействованных в данном процессе. Поэтому в данном случае под “сексуальным”, как характеристикой изучаемого явления, понимается совокупность соматических, психологических, социальных и иных процессов и отношений, в основе которых лежит половое влечение (либидо) и посредством которых оно удовлетворяется.

Содержание понятия «культура» получило наиболее полно раскрыто в деятельностной концепции в работах Э. Маркаряна, М. Кагана, Н. Злобина, Б. Сапунова и других авторов. Данная концепция культуры исходит из понимания деятельности как определенной активности живых систем (особей), направленной на преодо­ление их энтропийности и утверждение в окружающем мире. При этом име­ется в виду, что человеческая деятельность носит чрезвычайно сложный био­социальный характер и осуществляется  как бы на двух основных уровнях. Первый уровень — биологический, инстинктивный, бессознательный, прису­щий человеку как всякому живому существу. Это уровень, на котором удов­летворяются его низшие потребности. Второй уровень,  исходящий из куль­турных особенностей человека, направлен на реализацию его познаватель­ных, этических, эстетических побуждений.

По определению, человеческая деятельность является организованной активностью, осуществляемой по культурно установленным нормам и пра­вилам. Она же является средством создания мира искусственных объектов и освоения заученного поведения, то есть предпосылкой существования того, что принято называть культурой. Несомненно, что культура, как категория, обобщающая имеющиеся в обществе совокупности идей, образов, вещей, технологий, регулятивных механизмов и ценностей, относима ко всем обще­ственным структурам: материальному производству, политике, социально значимому знанию, быту, досугу.

Культурное содержание можно выделить в сфере любой социальной деятельности, направленной на максимальное раз­витие заложенных  в человеке способностей, на реализацию его социальных целей. Поэтому не возникает сомнений в том, что она применима и к таким чрезвычайно важным для человечества и для каждой личности сферам жиз­недеятельности, как отношения полов, любовь, сексуальность.

Эта часть общей культуры (или субкультура) людей отражает содержа­ние сексуальной активности человека, направленной на утверждение каж­дого из них в окружающем мире половой жизни. Результаты именно такой культурной деятельности служат обеспечению актуального (в настоящее время) и исторического единства общества, средством общения людей. По определению В. Библера, “…культура есть форма одновременного бытия и общения людей различных — прошлых, настоящих и будущих культур, форма диалога и взаимопорождения этих культур”. Причем не только посредством полового поведения, направленного на продолжение рода. Функции сексу­альности человека достаточно широки, и его сексуальная активность, прояв­ляющаяся в соответствующем поведении, предполагает удовлетворение как биосоциальных потребностей, так и гедонистических, нравственных, эстети­ческих интересов. Посредством её реализуются познавательные, коммуника­тивные, компенсаторные, созидательные запросы.

На основании изложенного предлагается следующее определение: сек­суальная культура есть часть общей культуры, способ утверждения в социокультурном окружении посредством полового поведения, направ­ленного на продолжение рода, удовлетворение биосоциальных потребно­стей, гедонистических, нравственных, эстетических интересов, познава­тельных, коммуникативных, компенсаторных, созидательных запросов.

Данное определение трактует сексуальную культуру в широком смысле этого понятия, где сущность ее сводится к отношениям между мужчиной и женщиной, основывающимся на продолжении человеческого рода, социаль­ном и духовном единстве людей как личностей, удовлетворении потребно­стей человека. Представляя собой единение “сексуальности” и “культуры” как многозначных явлений, этот социальный феномен сочетает такие эле­менты, как духовное и плотское в половых отношениях. При этом в первую очередь особое, приоритетное место уделяется любви.

Приведенное определение сексуальной культуры опирается на то, что секс без любви, то есть физиологическое действие, не одухотворенное куль­турой, выпадает из понимания ее сущности. Приняв это утверждение как ак­сиому, попытаемся рассмотреть структуру сексуальной культуры.

На рис. 4 представлены две стороны сексуальной культуры: функциональная, подразумевающая сексуальную активность, которая выступает как предметная деятельность, общение и единство с другими людьми, и нормативная, характеризуемая установками, правилами, нор­мами и ценностями.

Рассмотрим последовательно ряд элементов этой структуры и начнем с функциональной стороны сексуальной культуры. Сам по себе феномен сексуальной культуры предполагает ритуализированные половые отношения, направленные на продолжения рода. Благодаря сексуальной активности осуществляется коммуникация между про­шлым, настоящим и будущим, преемственность поколений и передача жизненно важного опыта. Эту активность, в самом общем виде, можно опреде­лить как сексуальное поведение, содержанием которого является целесообразное изменение и преобра­зование половой жизни человека. Поэтому под сексуальной активностью  следует понимать определенную человеческую деятельность по реализации всей совокупности процессов, в основе которых лежат  половые потребности и удовлетворение полового влечения.  

Может показаться, что сексуальная активность есть поведение, свойст­венное всему живому и представляющее  систему и порядок действий, на­правленных на поддержание биологического существования и воспроизвод­ство потомства. Однако это утверждение опровергается уже тем, что репродуктивное соитие, приводящее к появлению человеческого эм­бриона, в процентном отношении составляет тысячную долю всех тех поло­вых актов, которые люди совершают в процессе половой жизни.

Дело в том, что сексуальную культуру как сложное социальное образо­вание необходимо рассматривать, прежде всего, со стороны характера и спе­цифики самой деятельности. Поэтому феномен сексуальной  культуры индивида образуют не отдельные поведенческие акты или мотивационные синдромы сами по себе, а весь внутренний мир лич­ности как единое целое, причем не только в его постоянстве и стабильности, но в связи с конкретными жизненными ситуациями, в которых находится лич­ность и от которых подчас зависят содержание и смысл ее деятельности в данный момент. Это предполагает анализ таких компонентов функциональ­ной структуры сексуальной культуры, как соотношение цели,  средств и результатов в процессе освоения заученного поведения.

Со времен З. Фрейда и раньше представители психогидравлической тео­рии либидо в основу мотивации сексуального поведения вкладывали половое влечение, удовлетворение которого сводится к разрядке спонтанно возни­кающего в организме психофизиологического напряжения. “Нервная система — это аппарат, функцией которого является избавление от достигающих его стимулов или сведение их к минимальному возможному уровню”, — писал по этому поводу З. Фрейд. Такой подход резко контрастирует с современной трактовкой “сексуальной культуры”, которая усматривает высший смысл человече­ской деятельности в реализации потребностей творческой активности, любви, позна­нии и прочих.

С развитием сексологии Р. Уэйлен предложил мотивировать сексу­альное поведение готовностью специфически реагировать на сексу­альную ситуацию, а У. Саймон и Д. Ганьон разработали концепцию сексуального сценария. Эти иссле­дования позволили И. С. Кону утверждать, что сексу­альное поведение радикально меняется в зависимости от того, каким потреб­ностям оно соответствует. С этих позиций сексуальная активность пресле­дует достижение следующих  целей:

  • релаксация (разрядка полового напряжения);
  • прокреация (деторождение);
  • рекреация (чувственное наслаждение);
  • познание (удовлетворение любопытства);
  • коммуникации (достижение единства между партнерами);
  • сексуальное самоутверждение (проверка себя или доказательство другим  собственной сексуальной привлекательности);
  • достижение внесексуального самоутверждение (брак по расчету, по­вышение социального статуса и т. п.);
  • исполнение ритуала;
  • компенсация недостающих форм деятельности;
  • созидание (эротическое искусство и литература).

Таким образом, при интимной близости достигаются множественные результаты: появляется потомство, переживается удовольствие, повышается самооценка, насыщается воображение, реализуются иные коммуникативные потребности.

Средства достижения этих целей могут быть достаточно вариативны. Чаще других используются такие формы половой жизни как флирт, танцы, ге­теросексуальный коитус, оральный или анальный секс, петтинг и иные проявления экстрагенитальных и гениталь­ных форм половой жизни человека. По образному выражению Р.Крафт-Эбинга “Половая жизнь может служить источ­ником величайших добродетелей, до самопожертвования включительно, но, с другой стороны, в ее чувственной силе кроется та опасность, что она может перейти во всепоглощающую страсть, быть источником величайших поро­ков. Необузданная страсть подобна вулкану, все разрушающему, все уничто­жающему, подобна пропасти, поглощающей все — честь, состояние, здоро­вье”. В этой, несколько наивной моральной формуле, отражена извечная борьба добра и зла: культура стремится вверх, к совершенству, возвыше­нию, облагораживанию человека, а антикультура ведет вниз и потому асоциальна.

Именно в противоречии целей и средств заложены многие трагедии лю­бовных и сексуальных отношений, отраженных в произведениях мировой культуры. Сексуальная активность даже при самом содержательном и предельно ёмком ее истолковании имеет свои принципиальные ограничения, свои не только локально-временные рамки, но и перманентные границы. Романтическая парадигма, гласящая, что любовь не имеет границ, в реальности не ра­ботает. Особенно ярко эта часть материально-производственной и социально-преобразовательной культуры сексуальных отношений проявляется в процессе создания искусственных объектов, то есть артефактов.  Эротическое искусство, музыка, произведения литературы, архитектуры и живописи, отображающие одну из самых значимых сторон человеческой жизни в сексуальных тонах, занимают видное место в человеческой культуре. Своды законов и правил, норм и предписаний являются тем, что реально отражает уровень сексуаль­ной культуры.

В сексуальной деятельности  как общении  и через общение проявляется истинная сущность  половой жизни. Сексуальная культура является результатом общения многих поколений, ибо вне общения ее формирование вообще невозможно. Только в процессе общения возможно осуществление избирательно-оценочного подхода между мужчинами и жен­щинами и соединение полов. Именно в процессе общения вырабатываются нравственные нормы и правила, определяющие сексуальные нравы, создаются стандарты поведения и восприятия различных социальных ситуаций. Общение выступает фундаментальным усло­вием наличия самой сексуальной культуры, взаимоотношений между парт­нерами и универсальным способом развития индивидов и социальных общностей.

Очевидно, что посредством сексуального общения сексу­альная культура самоорганизуется и саморазвивается. С этой позиции все три  взаимосвязанные стороны общения функционально реализуются в половой жизни людей. Коммуникативная сторона сексуального общения заключается в обмене информации между партнерами. Составными элементами ее явля­ются ответы на вопросы: “Кто?” “Что?” “Как?” “Кому?” “С каким эффек­том?”, — характеризующие простейшую модель межличностного общения. Интерактивная сторона состоит в организации взаимодействия между людьми. Обмен знаниями, навыками и умениями, идеями и информацией не­избежно предполагает, что достигнутый уровень взаимопонимания будет реализован в попытках развить и организовать совместную сексуальную дея­тельность. Перцептивная сторона общения означает процесс восприятия друг друга партнерами по сексу и установления на этой основе взаимопонимания, симпатии и любви. В ходе этого процесса осуществляется эмоциональная оценка партнеров и попытка понять мотивы поведения друг друга посредством идентификация и рефлексии.

Таким образом, сексуальная активность как общение, являясь составной частью функциональной стороны сексуальной культуры, представляет собой совокупность  многогранных и сложных процессов, которые характеризуют взаимодействие и взаимовлияние индивидов в процессе сексуальной адаптации пары.

Функциональная сторона сексуальной культуры выступает и как един­ство с другими людьми.   В основе подобной идентификации лежит целенаправленная сексуальная активность, обусловленная половым влечением. Итак, именно в функциональной стороне сексуальной культуры заложена тесная связь социокультурной сексологии с психологией сексуальности. Через сексуальное поведение, то есть деятельность и общение осуществляется гетеро, гомо- или бисек­суальная идентификация с представителями референтной группы и переживается чувство единства с теми, кто испытывает соответствующие потребности и решает проблемы их реализации.

Нормативная сторона сексуальной культуры заключается, прежде всего, в определении сексуальной культуры  как ценности. Ориентация людей на определенные общечеловеческие и институцио­нальные ценности сексуальной культуры возникает в результате их предва­рительной  эмоционально-чувственной или рациональной  оценки. Помимо этого существует множество объектов и явлений сексуальной культуры, ко­торые человеком признаются как ценности, но существенного влияния на его сексуальную активность практически не оказывают.

Ценностная сущность культурного наследия послужила основой для разработки П.Бурдье оригинальной социологической концепции  культурного капитала,  не имеющей никакого отношения к экономической модели накопления прибавочной стоимости. Речь идет о сохранении и воспроизводстве доминирующих ценностей. Первоначально культурный капитал понимался П. Бурдье как условие, а не результат образования, и определялся как «лингвистическая и культурная компетентность, которая может создаваться лишь семейным воспитанием» (Bourdieu, 1977, c. 494). Сам Бурдье, как и большинство его последователей, в качестве индикатора культурного капитала использует вовсе не лингвистическую компетентность, а образование, что приводило к серьезной концептуальной путанице. Впоследствии, благодаря Интернету появилась реальная возможность параметрирования социальных связей и появилась концепция сетевого капитала.

В последние пять лет наблюдается возврат к классическому определению, данному П. Бурдье, и к измерению сети связей. В новых концепциях используется понятие индивидуального сетевого капитала, который не сводится ни к положению в абстрактной социальной структуре, ни к межгрупповым отношениям, ни к доверию, но отражает количество и качество измеряемых связей между индивидами (Lin, 1999). Р. Бэрт (Burt, 2000) выделяет 4 модели индивидуального сетевого капитала: 1) заражение, 2) заметность (prominence), 3) замыкание (closure) и 4) посредничество (brokerage). Две первые модели напоминают теории социального влияния: в условиях двусмысленности информации индивиды полагаются на свои связи и имитируют поведение похожих (заражение) либо высокостатусных других (замет- ность). Модель замыкания основана на идее о роли сплоченных групп в установлении социальных норм и доверия. Модель посредничества связана с идеей М. Грановеттера о «силе слабых связей», то есть о ценности информации, которую индивид получает не от значимых лиц, а от едва знакомых людей. Отсутствие связей между участниками личной сети Р. Бэрт называет «структурной дырой». Чем больше в сети структурных дыр, тем большими конкурентными преимуществами обладает эго. Посредник получает возможность контролировать поведение других, устанавливая мосты между разобщенными группами и индивидами.

Важнейшими структурными элементами нормативной стороны сексу­альной культуры, которые регулируют сексуальное поведение людей, явля­ются нормы, правила, принципы и каноны, установленные общест­вом и принятые человеком для самого себя. Именно они являются определяющим звеном в половой социализации — процессе формирования мужской или жен­ской  сексуальной идентичности. Они влияют на половую роль и избирательность интимной жизни индивида. Именно с нормами, разграничивающими “нормальное” и «ненормальное”, “красивое” и “безобразное”, “желательное” и “нежелательное”, И.С.Кон связывает само содержание сексуаль­ной культуры. Благодаря этим нормам половая жизнь пе­рестает выглядеть инстинктивной, а регулирующие ее моральные принципы превращаются в сексуальную культуру общества или группы. Разумеется, не следует сводить всю сексуальную культуру лишь к моральным нормам,  но, безусловно, им принадлежит большое значение. Не случайно сис­тема образов и норм, определяющих сексуальное поведение, получила  с  легкой руки И. С.Кона название “полового символизма”.

Для всех обществ регламентация сексуальной активности властью на протяжении тысячелетий была “больным местом”. Эта активность всегда бралась под нравственный или правовой контроль и была достаточно жестко организована. Ведь абсолютная свобода могла привести к социальному хаосу и угрозе дееспособности любой социальной системы. Поэтому нормирование сексуальной деятельности в процессе исторической деятельности закреплялось в обычаях, традициях, за­конах: от табуирования в архаичных обществах до строгих моральных норм и правил, регулируемых законами, религией и кодексами чести в государст­вах современной цивилизации.

Если подходить к сексуальной культуре строго эмпирически, бросается в глаза условность норм, которые она предписывает различным общественным группам. Кроме того, эта условность в разные исторические эпохи вольно или невольно приводила к тому, что сексуальное поведение низводилось до уровня ничтожной мелочи или поднималось до высот совершеннейшего явления в зави­симости от социокультурных установок, влияния различных культурных об­разований и факторов, детерминирующих конкретную сексуальную куль­туру.

В роли субъекта сексуальной культуры может выступать не только индивид или пара, но и социальная группа или общество в целом. Сравнительный анализ сексуального поведения и взаимоотношения полов представителей различ­ных возрастов, конфессий, национальностей, профессиональных групп и сексуальных ориентаций показал особенности и специфику их сексу­ального поведения. Это позволило некоторым исследователям определить субкультуры различных социальных групп: школьников, студентов, военнослужащих, ра­бочих, крестьян, верующих, атеистов, служащих — детерминированных различными факторами, но неразрывно связанных принадлежностью к определенным со­циальным образованиям.

 Кроме широкого значения понятия «сексуальная культура», которое от­ражено в предложенном выше определении, существует и более узкое значе­ние этого понятия, отражающее уровень сексуальной культуры. Без учета этого второго значения сексу­альной культуры рассмотрение структуры и содержания данного феномена было бы неполным. Человек — существо социальное. Он живет в обществе и развивается в нем. Для утверждения человека в мире, ориентации в нем, общения с дру­гими людьми у него должна быть целостная картина, модель окружающей действительности. Она способствует появлению определенных норм, правил, законов, идеалов, принципов, стандартов, которым он должен следовать в своем поведении. Хосе Ортега-и-Гассет писал: “Степень культуры измеря­ется степенью развития норм”. При этом можно условно выделить некий среднестатистический уровень сексуальной культуры, который может служить эталоном для сравнения с ним индивидуальных и групповых показателей. Конечно, образование и профессия могут существенно влиять на уровень сексуальной культуры, хотя проявления элементарной глупости можно наблюдать у лиц, признанных впоследствии гениями.

При этом субъектом порождения и освоения культурных объектов явля­ется человек, конструктивная и деструктивная активность которого носит от­печаток социальных отношений прошлого и простирается в будущее. Сте­пень активного освоения человеком культуры характеризует уровень его раз­вития. Этот уровень отражает степень приобщения к ценностям сексуальной культуры, степень овладения знаниями (сексуальная осведомленность), уме­ниями (техника «искусства любви»), навыками (сексуальное мастерство), идеями, накопленными человечеством за весь период своей истории.

Составляющими сексуальной культуры, таким образом, выступают зна­ния, навыки, чувства, умения, касающиеся как самого полового акта, так и всего комплекса общения, который обеспечивает партнерам сексуальное удовлетворение. В этом случае имеет значение знание не только “техники” проведения интромиссии или вариативности направления, амплитуды и частоты фрикций, но и всего комплекса воздействия на партнера с целью вызвать соответствующее настроение и же­лание половой близости, необходимое для достижения сексуального удовле­творения в половой жизни.

К. Имелинский в своей работе “Психология половой жизни” представляет сексу­альную культуру как совокупность обозначенных выше факторов. Исследователи в области социокультурной сексологии различают при­митивную и изощренную сексуальную культуру. Первая предполагает фи­зиологический половой акт, направленный, как правило, на прокреацию, вто­рая подразумевает широкий репертуар сексуального поведения, со­вершенную технику любовных игр, разнообразнее и креативность в отношениях с партнером. Однако знание техники полового акта является всего лишь признаком овладения “ремеслом”. Истинное удовлетворение и наслаждение в любви получают те, кто в достаточной мере овла­дел  “ars amande” , то есть искус­ством любви.

Степень освоения сексуальной культуры  предполагает уровень овладе­ния целым комплексом (или сферой) отношений между партнерами, обеспе­чивающих утверждение человека в мире. Этот комплекс можно представить совокупностью элементов, которые были исследованы рядом авторов. Среди них наиболее характерными являются: сексуальная информированность, уровень полового влечения,  удовлетворенность половой жизнью, владение техникой любовных игр, способность возбудить и удовлетворить партнершу (партнера), широта взглядов, терпимость к сексуальной свободе и экспери­ментированию, чувственность, важность соприкосновения при интимных от­ношениях, общительность, многообразие сексуальных стимулов,  отношение к любви и сексу и др. Поэтому уровень сексуальной культуры может быть высоким, средним и низким, в зависимости от степени овладения знаниями, навыками,  умениями и всем комплексом общения и сфер воздействия между партнерами.

Исходя из этого, уровнем сексуальной культуры следует считать степень освоения человеком совокупности знаний, навыков, умений, ка­сающихся  половой жизни и всего комплекса  общения между партне­рами для обеспечения сексуального удовлетворения.

Уровень сексуальной культуры человека отражает реальное сексуальное поведение и конкретную активность индивида, позволяющую характеризо­вать определенную динамику его развития. Уровень сексуальной культуры человека позволяет оценивать его способность управлять своими дейст­виями, практически и реально преобразовывать окружающую действитель­ность, планировать и реализовывать намеченное, а также контролировать си­туацию и оценивать результаты своих действий в области половых отноше­ний.

Выводы:

Социокультурная сексоло­гия, как направление науки, является областью знаний, в которой рассматриваются социальные и культурологические вопросы половой жизни человека. Под определением сексуальной культуры понимается часть общей культуры, способ утверждения в социокультурном окружении посредством полового поведения, направленного на продолжение рода, удовлетворение биосоциальных потребностей, гедонистических, нравствен­ных, эстетических интересов, познавательных, коммуникативных, компенса­торных, созидательных запросов.

Структура сексуальной культуры выражена двумя основными состав­ляющими: нормативной и функциональной. Каждая из сторон сексуальной культуры достаточно широко представлена в современной литературе по сексологии. Но как составляющие  сексуальной культуры они впервые приобрели новое звучание, характеризующее способ утверждения человека в жизни посредством полового поведения.

Узкое значение сексуальной культуры проявляется в её уровне, под ко­торым подразумевается степень (низкая, средняя, высокая) освоения человеком совокупности знаний, навыков, умений, касающихся  половой жизни и всего комплекса  общения между партнерами для обеспечения сексуального удовлетворения.

Литература:

Библер В. От наукоучения к логике культуры. М., 1991. С. 290.

Злобин Н. Культура и общественный прогресс. М.,1981;

Имелинский К. Сексология и сексопатология. М., 1986;

Каган В. Е. Воспитателю о сексологии. М.: Педагогика, 1991.

Кинесса М. Физиология брака. М., 1990.

Кон И.  Введение в сексологию. М., 1990.С.184, 329.

Кон И.  Сексология. Учебное пособие для студентов высших учебных заведений. М.: Издательский центр  «Академия»,  2004.

Кон И.  Сексуальная культура в России. Клубничка на березке. Издание второе,  переработанное и дополненное. М.: Айрис-пресс, 2005.

Краффт-Эбинг. Сексуальные катастрофы. Минск, 1994. С. 201.

Маркарян Э. Очерки теории культуры. Ереван, 1969;

Культура и нормы, идеи, разум. Хосе Ортега-и-Гассет в “Восстании масс”// Вопросы философии. 1984. № 3.

Сапунов Б., Яковлев А. Социальное развитие и культура в условиях зре­лого социализма. М.: ВПА, 1978.

Слободчиков В.И., Исаев Е. И. Психология человека: Введение в психо­логию субъективности. М.: “ШКОЛА-ПРЕСС”, 1995.

Христианская семья и брак. М.: Воскресение, 1992.

Эвола Ю. Метафизика пола. М.: Беловодье, 1996.

Яффе М., Фенвик Э. Секс в жизни мужчины. М.,1989;

Яффе М., Фенвик Э. Секс в жизни женщины. М.,1989;